739
Views

Репортаж со съемок второй серии из цикла «Богоискание славянских народов»

— Иван III, возьми шапку.
— Какую шапку?
— Тебе ж сказали: «Шапку монаха!»
(Голос из темноты): Не монаха, а Мономаха!
Из разговора фотографа, Ивана III и режиссера

На 30 марта 2014 года запланирована премьера показа второй серии документального сериала «Богоискание славянских народов» от студии «Угол». Название картины – «Москва — Третий Рим». Съемки киноленты прошли на территориях России, Украины и Калифорнии. На днях мне посчастливилось побывать на съемках заключительных сцен этого фильма.

В назначенные шесть часов вечера, небольшое помещение для съемок в студии «Угол» в Сакраменто на время трансформировалось в древнерусскую пыточную. Декоратор еще добивал последние «камни» из пенопласта и дерева в стены средневекового карцера и запах свежей краски еще не выветрился, а участники предстоящего действа уже облачались в свои нехитрые рясы и «мучали» гримёра, вживаясь в роли.

Режиссер картины Удо Соколовский провел обязательную планерку, коротко объяснив последовательность съемки планируемых сцен и вся группа совершила молитву. «Мы здесь не для развлечения, а для проповеди Евангелия», — режиссер попытался передать своей боевой настрой операторам и труппе. И всё завертелось…

Чтобы читателю понять все нюансы съемки, попробую сначала рассказать, как устроена рабочая часть телестудии «Угол». Она включает в себя: декорации, студийный свет (десятки прожекторов), телевизионные камеры (на штативах, моноподах, кранах и т.д.) и аппаратную. Впрочем, местная аппаратная расположена прямо у съёмочной площадки и состоит из нескольких мониторов и одного режиссера. У режиссера несколько ассистентов-операторов, а также монтажер, звукорежиссер, гример, костюмер и даже свой пиротехник (факелы в средневековых карцерах никто не отменял). Чаще всего один человек выполняет несколько функций за вечер.

Отдельной строки заслуживают актеры. Все они — любители и приходят на съемки после долгого рабочего или учебного дня. Так, царь Иван III, диалог которого с фотографом я вынес в пролог данной статьи, вкусил все пережитки капитализма на своей «шапке Мономаха». На следующее утро ему необходимо было быть на работе в 4 утра, и потому, быстренько «отстрелявшись», он ретировался. Кто-то не стал теряться и использовал ситуацию в свою пользу: когда свет был приглушен по максимуму, а оператору не давался двадцатый кадр, в темноте на лавке этот кто-то сладко захрапел.

Из-за мелких издержек современности съемки постоянно приходилось корректировать:

— Стоп! У инквизитора при ходьбе кроссовки видны американские.

— Слушай, сфотографируй меня. А то родные не верят истории о том, где я по вечерам пропадаю.

— Монах, держи руки естественно! А то, как будто предложение любимой делаешь!

— Так, мне кажется или летописец жвачку жует?!

Так как действие разворачивалось вокруг противостояния официальной православной церкви и так называемой «ереси жидовствующих», то в сценах пыток «еретиков» было задействовано много невеселых средневековых «девайсов»: колоды, оковы, всевозможные щипцы, даже орудие для колесования.

— Инквизитор, говори мученику что-нибудь, на записи все-равно будет другой звук.
— «Протяните, пожалуйста, ваши ноги. Я вам пяточки отрублю!».
— Так, не смешите пытаемых, они в кадре улыбаются.

Во время творческого возбуждения у режиссеров и помощников масса идей полностью вытесняют имена и названия:
— Так, лысый разводит огонь. Чего ждем? Уже разводит!
— Ты цел там на колесе?
— Ну, где эта штука? Как какая? Та, что он в руках держал!

Глаза оператора загорелись после десяти минут мучений и одного удачного кадра: «Perfect! Perfect!», — восторгался он. «Андрей, ты ж камеру на запись не включил! …Э-э-э, не бледней, я ж пошутил!»

Мне, человеку в киношных делах несведущему, работа съемочной группы показалась высокопрофессиональной. Из каждого кадра, из каждого сюжета ребята пытались вытянуть максимально качественный продукт. Для этого приходилось делать по двадцать дублей с различных ракурсов, с разным освещением до тех пор, пока все не удовлетворялись конечным результатом. И самое главное: ИМ ЭТО НРАВИЛОСЬ! Если в начале съемки работа группы со стороны напоминала некое броуновское движение, то ближе к середине, ты начинаешь понимать, что движения эти, скорее, похожи на работу муравьев: стройную, четкую, командную.

Съемки продолжались с шести до десяти вечера. По окончании процесса, режиссер поблагодарил всех за проделанную работу. Сколько же экранного времени будет отведено отснятому в этот вечер материалу?

«Не более трех минут!» — уверил меня Удо Соколовский. Вот так, пятилетку за три года, а три минуты за четыре часа! Искусство требует жертв. Тем более, если оно направлено на проповедь Евангелия. А на результаты трудов можно будет посмотреть на премьере фильма 30 марта в здании церкви «Дом Хлеба» по адресу:
6521 Hazel Ave, Orangevale, CA 95662
(прямая трансляция на сайте pema.tv/live).

(739)

Три минуты за четыре часа

Comments

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>